История Хеви Металла


История Хеви метал
«Хэви-метал—рок-утиль!» — скандировали герои полузабытого перестроечного мюзикла. Но что-то, видимо, было в этих волосатых монстрах с гитарами, если они благополучно существуют и по сей день, собирая полные стадионы по всему миру,— считает АНТОН ОБОЗНЫЙ.

60-е: ВОПРОС ПЕРВООЧЕРЕДНОСТИ

Вопрос «Кто виноват?» в случае с хэви-металом давным-давно обрел своих референтов; авторитетные наблюдения собраны, расклассифицированы и сведены к именам и фамилиям, выбитым на скрижалях времен крупной латиницей — Deep Purple с альбомом «In Rock», распиарен-ные Grand Funk Railroad, поминаемые с почти молитвенным почтением Led Zeppelin. (B принципе, Джимми Пейдж действительно годился на роль хард-рокового первопроходца больше, чем кто-либо еще,—такой титул довольно красиво вписывался в притчу о том, как Led Zeppelin в полном составе заложили душу дьяволу в обмен на рекордные тиражи.) Учтены и занесены в протокол и «guitar hero» Джимми Хендрикс, и манерные лондонцы The Kinks, сочинившие первый хард-роковый аккорд (та песня, к слову, носила имя «You Really Got Me» и представляла собой довольно простенькое буги, на культурный шок никак не тянувшее), и моды — кокаинисты The Who, введшие в рок-н-ролл практику сценических погромов. Про The Who, кстати, стоит сказать особо: неоднократно выражавшие надежду, что им удастся умереть раньше, чем состариться, именно The Who, никогда не просившие для себя чаши сией, чаще всего попадают под определение первых хард-рокеров — хоть их музыка с высоты сегодняшнего дня и не представляет для пользователя сколько-нибудь серьезной опасности. Что же до системы терминов, то выражение «хэви-метал», как ни странно, лежит на совести Уильяма Берроуза: в «Обеде нагишом» легендарный битник-джанки определил таким образом непригодную к прослушиванию музыку. Десять лет спустя в песне «Born To Be Wild» словосочетание «heavy metal thunder» использовали калифорнийцы Steppenwolf, а в журналистский обиход термин ввел культовый обозреватель журнала Creem Лестер Бэнгс—применив его, в свою очередь, как раз таки к Led Zeppelin. Шел 1969 год.

70-е: КОЛЬЦО СЖИМАЕТСЯ

«На самом деле я перенял этот жест у своей бабушки»—именно таким образом певец Rainbow Ронни Джеймс Дио объяснял происхождение хэви-металли-ческой «козы», гениального в своей простоте международного жеста, состоящего в сакральном оттопыривании мизинца и указательного пальца. То, что фигура, ставшая ключевым символом хэви-мета-ла, была подкинута на вооружение чудаковатой портсмутской старушкой, дает хорошее понимание природы этого жанра: тяжелая музыка с самого начала балансировала на стыке хор-рора и анекдота. 70-е начинались с того, что Британия, открыв рот, вслушивалась в сатанинские стихи Black Sabbath — но если Black Sabbath просто гнали через свои альбомы сырую энергию, то в Америке полным ходом шла визуализация процесса: Элис Купер тащил на сцену ма-кабрического удава, гильотину и шкаф со скелетом, а нью-йоркские баблгам-щики Kiss режиссировали свои шоу по принципу «из огня да в полымя», разве что не запуская со сцены ракеты. То, что творили Kiss с середины 70-х, сильно смахивало на какой-то галлюцинаторный мюзик-холл: они пели про рок-н-ролл этой ночью, высекали копытами искры и за счет этого ухитрялись сбывать совершенно негодный музыкальный товар (к слову, внедрявшийся на рынок примерно теми же методами, что и новинки автомобилестроения — в рекламном тексте, расписывающем достоинства гитариста группы Пола Стэнли, среди прочего упоминалось, что, «когда вы увидите его, все остальное перестанет для вас существовать»). По иронии судьбы хэви-метал начал приходить в упадок именно в тот самый момент, когда окончательно оформился как жанр. Панк-роковая волна на несколько лет смыла хэви-металлические «ин-ферналии» почти подчистую — меж тем в глубине британских подвалов вызревал план ответного удара под тяжеловесным заголовком «New Wave Of British Heavy Metal». Это могучее металлургическое течение было не столько даже отдельным жанром, сколько неким классово-эстетическим феноменом. Флагманами NWOBHM стали дебютировавшие в 1979-м мракобесы из Saxon, выбравшие название в память о пыточном аппарате времен инквизиции Iron Maiden, и в первую очередь бирмингемцы Judas Priest — вокалист последних Роб Хэлфорд имел привычку выезжать на сцену на мотоцикле, оскалившись шипами, как противотанковый еж, и пощелкивая хлыстом. Все это, как ни крути, было довольно круто.

80-е: ТОЧКА КИПЕНИЯ

Незамутненные соображениями вкуса, 80-е стали для хэви-метала фазой расцвета: отсутствие искры разума в глазах музыкантов с лихвой компенсировал горевший там огонь азарта. Суть движения ускоренными темпами сводилась к полной гибели всерьез: певец AC/DC Бон Скотт захлебывается собственными рвотными массами, на выступлении в Айове Оззи Осборн откусывает голову летучей мыши, в результате чего проходит курс уколов от бешенства. Секс-драгз-рок-н-ролльная линия доведена если не до предела-то до абсурда: когда Motley Crue, легендарные дебошыры от глэм-рока, на третий день своего совместного тура с Оззи Осборном обнаружили себя пьющими мочу, это бьете перебором даже для них. Хэви-метал разрастается до оазмеосе международного хулиганства, а фантазия оформителей сводится к вариациям на тему человеческого черепа и гипертрофированному женскому бюсту — наверное, ни один другой жанр не породил столько альбомов, которые были бы куплены исключительно из-за обложек. Газета «Правда» писала, что хэви-метал отвлекает молодое западное поколение от глобапьных проблем, и в этом смысле газета «Правда» конечно же зрила в корень. Впрочем, очень скоро советским подросткам тоже пришлось отвлечься: в СССР вовсю раздували меха «Ария» и «Черный кофе», а в 1989 году под лозунгом «Рок без алкоголя и наркотиков» в Москву завезли Scorpions, Bon Jovi, Motley Crue и Оззи Осбор-на—последний, вернувшись домой, обнаружил в своем багаже бутылку Russian vodka, немедленно выпил, после чего со словами «Мы решили, что тебе пора уйти» попытался задушить жену.

В Америке происходили еще более замечательные вещи: группа Metallica выпускает альбом с характерным названием «Убей их всех» и дает путевку в жизнь жанру «трэш-метал»; дебютируют с альбомом «Battle Hymns» Manowar — удивительный нью-йоркский квартет, достойный отдельного упоминания. Manowar брали своей возведенной в кредо чрезмерностью: у них были самые силиконовые телки, самые мощные байки, самый высокий уровень адреналина и самые громкие концерты — по итогам последней номинации группа даже попала в Книгу рекордов Гиннесса. Контракт с Megaforce Records музыканты подписывали кровью: и в этом позерстве не было никакого подлога — Manowar жили и пели по принципу «кроме шуток». В 1987 году не испорченные цивилизацией, с глотками, будто бы выжженными техническим спиртом, британцы Napalm Death окончательно довели хэви-метал до точки кипения: записав альбом «Scum», включавший три десятка кумулятивных песен, Napalm Death изобрели стиль «грайндкор», сделать быстрее, выше и сильнее которого было уже невозможно. Меж тем сон восьмидесятничес-кого разума рождал все более любопытных чудовищ: если пауэр-металлисты искали своих муз во «Властелине колец», то группа Carnivore никаких книжек не читала, а просто предлагала резать всех бензопилой. 80-е заканчивались для хэви-метала блестяще; казалось, еще немного — и мир прогнется окончательно.

90-е: ДНИ БЛОКАДЫ

Увы или к счастью, но надежды на мировое господство не оправдались. В 1991 году почву из-под ног хэви-мета-ла выбил американский гранж, и в частности Курт Кобейн —двадцатитрехлетний пассионарий и энтузиаст тяжелых наркотиков, пришедший в шоу-бизнес пешком из Сиэтла, города плохой погоды, тяжелой промышленности и великой депрессии. Певец житейских фобий и пассивного неприятия окружающей действительности, Кобейн не только проповедовал куда более земные — нежели, к примеру, группа Blind Guardian — вещи, но и был при этом безоговорочно талантлив: запущенный им в тираж новый электрогитарный тренд, декорированный тягой к саморазрушению и идущей горлом кровью, без видимых усилий оттеснил хэви-металлистов на дальний рубеж— железные дровосеки с их чернокнижьем и мифологической фауной оказались не в состоянии противостоять суровой прозе жизни. Nirvana и Pearl Jam сделали из вечнозеленой тоски молодых американцев типовое явление: гранж, конечно, лишил каждую в отдельности подростковую депрессию любых признаков экзистенциального отчаянья, зато объединил всех холденов колфилдов мира в унылую, но при этом крайне крепкую массу— многие из этих мятущихся душ, после того как Кобейн подстрелил себя из ружья, не рассуждая последовали за ним. Несколько ударов под дых были нанесены и со своей стороны баррикад: не помнящая родства группа Metallica переметнулась в область озверелого буги-рока и после пяти лет тишины сочинила крайне неоднозначный альбом «Load», поднявший целую волну горестных ламентаций, исполненных главным образом в жанре «Раньше были времена, а теперь мгновения». Оставивший Judas Priest Роб Хэлфорд также решил привести себя в соответствие со злобой дня, заиграв коммерчески безуспешный поп-индастриал и официально признав свою гомосексуальную ориентацию. (Отсмеявшись, музыкальные журналисты даже превратили последнюю приватную подробность в своего рода программный прикол: мол, Хэлфорд не выдумывал никакой специальной эстетики, а просто перетащил на сцену свою постельную фурнитуру.) Позже Хэлфорд покаялся, получил индульгенцию и опять заковал себя в цепи, но осадок, что называется, остался — те слова о «металлическом» братстве, что Хэлфорд по привычке продолжал транслировать в зал, приобрели нехорошую двусмысленность.

Если же заводить речь о сугубо корпоративных тенденциях, то 90-е были ознаменованы тотальной дискредитацией стиля — после того, как Napalm Death взяли последнюю возможную планку, «металлической» музыке пришлось развиваться не вглубь, а вширь. Начинанья, взнесшиеся мощно, теряли имя действия; свежая кровь, как никогда, активно искалась на стороне — будь то рэп, панк-рок,, электроника, готика или фолк. В целом же десятилетие заканчивалось для хэви-метала не то чтобы скверно, но как-то сугубо сомнительно: большая часть старожилов, будучи уволенными с крупных лейблов, либо объявили о самороспуске, либо ушли в глухую несознанку — где, не поддаваясь на провокации, упрямо продолжали наращивать старческую мускулатуру.

00-е: ОБЪЕКТ НАСМЕШЕК

Накатившая мода на ретро порядком сместила акценты: беспризорный и тронутый ржой, в новом веке хэви-метал стал неким промежуточным звеном между экзотичным рудиментом и предметом китча. К слову, все эти дикие гитары занимали представителей других культурных слоев и раньше: к примеру, Джон Пил и Джон Зорн в свое время открыто причащались записей Napalm Death, делая это, впрочем, совершенно чистосердечно и вообще по любви. Сегодня же хэви-метал крепко врос корнями в трэшевую систему координат и каталогизируется примерно по тому же ведомству, что и фильмы Расса Мейера. Мэрилин Мэнсон, вроде как навязавшийся в преемники шок-роковой традиции Элиса Купера, конечно, до сих пор ввергает в состояние священного гнева родительские комитеты и сетевых баптистов, однако по большому счету давно уже смахивает на городского сумасшедшего, годного разве что для того, чтобы показывать его за пятачок детям; успех же наживших два года назад кучу призового добра молодых хард-рокеров из The Darkness скорее можно списать на случайный ностальгический позыв — они просто броско и к мвсгу напомнили, как это было. Мир, впрочем, едва ли часто нуждается в подобных напоминаниях — как когда-то пропел К. Кинчев, время показало, кто чего стоил в этой борьбе. Iron Maiden по-прежнему собирают свою паству в стадионных масштабах, перед Оззи Осбор-ном расшаркиваются все американские альтернативщики, а поп-старлетки вроде Бритни и Пинк щеголяют в кожаной сбруе из утренних снов Роба Хэлфорда и маечках с логотипом AC/DC. С другой стороны, мир накрыла волна воссоединений: из внешних сумерек, отряхивая с эполетов чуланную пыль, одна за другой стали выступать легенды прошлого. Интерес к этим объединениям, впрочем, вполне определенного толка: когда недавно в Москву заехала группа Europe, публика терпеливо отслушала программу, чтобы на исходе отсалютовать крахмальными манжетами и в общем порыве грянуть «Финальный отсчет».

Напоследок, наверное, нужно вспомнить, что хэви-метал даже в свои лучшие времена почти не знал теплых слов: даже когда в конце 80-х академики ввели номинацию «Грэмми» в хэви-металлической категории, высокая комиссия — не иначе из вредности — премировала не буйных молодцев со сверхзвуковыми гитарами, а староанглийских фольклористов из Jethro lull. Возможно, в этом месте стоило бы согласиться с западниками: положа руку на сердце, весь этот хэви-метал действительно был дурацкой идеей. Однако, как сказал когда-то по схожему поводу помянутый уже Лестер Бэнгс, сколько силы было в той идее!


Написать

Ваш email не будет опубликован.

Play Cover Track Title
Track Authors